Эксперт объяснил, зачем выставлять работы "советского Гойи" об оккупации

МОСКВА, 22 июн – РИА Новости.

Произведения советского художника Меера Аксельрода, посвящённые теме оккупации, относятся к числу тех работ, которые непросто воспринимать эмоционально, однако именно такие полотна особенно важны для сохранения исторической памяти. Об этом в День памяти и скорби РИА Новости рассказал известный российский искусствовед, куратор выставок и художественных проектов Петр Баранов. По его словам, экспрессивная сила этих работ и их трагическое звучание заставляют зрителя не просто смотреть на изображённое, а заново осмысливать цену войны и переживания людей, оказавшихся в оккупации.

Он отметил, что по художественной манере эти произведения можно сопоставить с полотнами Франсиско Гойи, поскольку в них также ощущаются драматизм, напряжение и глубокая человечность. Аксельрод создавал образы, в которых личная боль и историческая катастрофа соединяются в единое художественное высказывание, делая его работы не только документом эпохи, но и мощным нравственным свидетельством. Подобные произведения, по мнению Баранова, должны обязательно показываться публике, чтобы память о войне и её жертвах не растворялась со временем.

Меер Аксельрод получил профессиональное образование во ВХУТЕМАСе, где учился у таких мастеров, как Фаворский, Попова, Родченко, Древин и Удальцова. Позднее он преподавал во ВХУТЕИНе, входил в объединение "4 искусства" и участвовал в выставках вместе с Петровым-Водкиным, Фальком, Эль Лисицким, Малевичем и Сарьяном. Его творческий путь связан с крупнейшими именами отечественного авангарда и советского искусства, что подчёркивает значимость его наследия в истории российской культуры.

Именно поэтому интерес к работам Аксельрода сегодня не ослабевает: они помогают современному зрителю увидеть не только художественную ценность, но и историческую глубину эпохи, к которой они относятся.

Наибольшую известность художнику принесла серия работ, посвященная теме немецкой оккупации, ставшая одной из самых пронзительных в его творчестве. Эти произведения не только закрепили за ним признание, но и позволили глубже раскрыть трагедию военного времени, показав ее через судьбы обычных людей.

Работа над циклом «Немецкая оккупация» началась в 1942–1943 годах в Алма-Ате, куда Аксельрод был приглашен всемирно известным режиссером Сергеем Эйзенштейном в качестве художника-декоратора к фильму «Иван Грозный». Именно в этот период, вдали от линии фронта, но в постоянной атмосфере тревоги и потерь, у художника особенно остро обострилось чувство времени и исторической ответственности. Три месяца пути в поезде вместе с беженцами из захваченных районов СССР и Польши, пережившими ужасы оккупации, стали для него тяжелым, но важным жизненным опытом и вдохновили на создание серии «Зверства немцев». На этом пути он видел следы разрушений, слушал рассказы людей, потерявших дома и близких, и всё это глубоко отразилось в его восприятии войны.

Стремясь передать повседневность оккупации и показать нечеловеческие страдания людей, художник обращался к самым простым и доступным материалам. Он фиксировал увиденное и пережитое на обоях, газетных страницах, оборотах сталинских речей и военных приказов, превращая случайные листы в свидетельства эпохи. В его рисунках чувствуется не только боль и страх, но и напряженная внутренняя сила, с которой человек пытается осмыслить катастрофу. Именно так появились первые 30 набросков, ставшие основой будущего цикла и важной художественной хроникой военного времени.

Работы Аксельрода часто сравнивают с офортами Франсиско Гойи из знаменитой серии «Капричос» — прежде всего за их выразительную стилистику, напряженную эмоциональность и способность производить на зрителя сильное, почти тревожное впечатление. Такое сопоставление подчеркивает не только художественную манеру автора, но и глубину тех тем, к которым он обращается.

По словам Баранова, несмотря на сложность восприятия, полотна Аксельрода необходимо показывать широкой публике. Он пояснил, что это важно прежде всего ради восстановления исторической справедливости: цикл на протяжении долгого времени оставался практически неизвестным даже специалистам и по разным причинам не был представлен на крупных выставках. Кроме того, такие произведения позволяют заново оценить вклад художника в культурную память своего времени.

Искусствовед считает, что здесь речь идет не просто о музейной экспозиции, а о нравственном и общественном долге. Эти работы, по его словам, звучат как тревожный колокол, напоминающий о том, насколько опасны стремление к мировому господству и вера в собственную исключительность. В этом он видит важное предупреждение потомкам — необходимость любой ценой не допустить повторения подобных трагических событий в будущем.

По мнению Баранова, такие произведения необходимо не только показывать широкой публике, но и бережно сохранять как часть исторической памяти. Искусство в этом смысле становится важным свидетельством эпохи, помогающим понять трагические события прошлого и не допустить их забвения. Он отметил, что подобные работы обращены к нашей совести и напоминают о нравственной ответственности перед историей. «Это голос наших предков, живое свидетельство поступи истории», — подчеркнул он, добавив, что это та моральная высота, к которой нужно стремиться.

Сейчас цикл работ Аксельрода «Немецкая оккупация» демонстрируется в музеях России и за рубежом. Экспозиция организована Фондом Александра Печерского, который занимается сохранением и увековечиванием памяти героев сопротивления. Благодаря таким инициативам зрители получают возможность глубже осмыслить события военного времени, увидеть их через призму искусства и еще раз вспомнить о подвиге людей, противостоявших нацизму.

Источник и фото - ria.ru