ЦБ назвал причину дефицита ликвидности у российских банков

МОСКВА, 6 авг - РИА Новости.

В российской банковской системе заметно усилился структурный дефицит ликвидности: по данным Банка России, 6 августа он поднялся до уровня, который не фиксировался с весны 2022 года. На фоне этого эксперты в комментарии РИА Новости отметили, что причина сложившейся ситуации связана прежде всего с более активным кредитованием экономики, однако признаков проблем с исполнением обязательств у банков не наблюдается.

При этом рост дефицита ликвидности сам по себе не означает кризисную ситуацию. Обычно он отражает баланс между спросом банков на деньги и объемом свободных средств в системе, а также показывает, как регулятор управляет краткосрочной ликвидностью. В подобных условиях роль Центрального банка заключается в том, чтобы поддерживать стабильную работу финансового рынка и обеспечивать банкам доступ к необходимым ресурсам в нужный момент.

Дефицит ликвидности означает, что Банк России предоставляет коммерческим банкам средства на короткий срок, помогая им закрывать временные потребности в финансировании, пояснял ранее регулятор. Если же в системе возникает структурный профицит ликвидности, то происходит обратная ситуация: центральный банк, наоборот, принимает у банков временно избыточные средства на депозиты. Такой механизм позволяет поддерживать равновесие в банковском секторе и адаптировать объем операций к текущим потребностям участников рынка.

В целом динамика ликвидности считается важным индикатором состояния банковской системы и денежного рынка. Она отражает не только активность кредитования, но и то, как быстро банки перераспределяют ресурсы между собой и насколько устойчиво они чувствуют себя в условиях меняющейся экономической конъюнктуры.

В банковской системе ситуация с ликвидностью может меняться под влиянием множества факторов, однако ни ее временный дефицит, ни избыток сами по себе не означают угрозу для стабильной работы кредитных организаций. Финансовые институты продолжают выполнять все обязательства в обычном режиме, а рынок адаптируется к текущим условиям без заметных сбоев.

Как ранее отмечал мегарегулятор, в конце прошлого года в системе действительно сформировался структурный дефицит ликвидности. При этом это не означает, что банкам не хватает денег для проведения платежей, расчетов с клиентами или осуществления других операций. Иными словами, речь идет не о кризисе, а о балансе между спросом и предложением средств в экономике, который может временно смещаться в ту или иную сторону.

По данным Банка России, на 6 августа потребность кредитных организаций в привлечении ликвидности достигла 2,5 триллиона рублей, что стало максимальным показателем с марта 2022 года. Порог в 2 триллиона рублей этот показатель удерживает уже с начала июля, что отражает устойчивый спрос банков на дополнительное фондирование. При этом аналитики, опрошенные РИА Новости, подчеркивают: подобная динамика не свидетельствует о трудностях с исполнением обязательств. У банков сохраняется достаточный запас ликвидности, чтобы своевременно проводить расчеты, обслуживать клиентов и обеспечивать бесперебойную работу финансовой системы.

Таким образом, текущая ситуация в банковском секторе выглядит контролируемой и не вызывает признаков системной напряженности. Регулятор внимательно отслеживает изменения, а кредитные организации продолжают работать в штатном режиме, сохраняя устойчивость даже при колебаниях показателей ликвидности.

Ликвидность банковского сектора нередко становится одним из ключевых индикаторов состояния денежного рынка и активности кредитования. Когда участники рынка говорят о структурном дефиците или профиците ликвидности, они имеют в виду разницу между требованиями Банка России к кредитным организациям и обязательствами регулятора перед ними, пояснил управляющий директор рейтингового агентства «Эксперт РА» Юрий Беликов. Иными словами, речь идет о том, насколько у банков достаточно свободных средств для размещения в ЦБ или, наоборот, им самим требуется дополнительное фондирование.

По словам эксперта, в периоды, когда свободных денег в системе становится меньше обычного, банки сокращают объем средств, размещаемых на депозитных счетах в Банке России, и чаще используют инструменты рефинансирования. На практике это может выражаться, в частности, в привлечении ликвидности под залог ценных бумаг или других приемлемых активов. Такая модель поведения позволяет кредитным организациям поддерживать текущую работу, обеспечивать расчеты и выполнять обязательства перед клиентами.

Беликов подчеркнул, что сам по себе структурный дефицит ликвидности не является негативным признаком. Напротив, подобная ситуация может возникать в периоды, когда банки активно наращивают кредитование экономики, бизнеса и населения. В этом случае доступные ресурсы направляются не на мало доходные депозитные операции в ЦБ, а в более доходные и экономически значимые направления — прежде всего на выдачу кредитов, финансирование проектов и поддержку потребительского спроса. Таким образом, дефицит ликвидности может отражать не проблему, а повышенную деловую активность и более интенсивное движение денежных потоков в экономике.

Сейчас, по его словам, речь идет вовсе не о том периоде, когда можно было бы ожидать резкого улучшения ситуации, отметил аналитик. В банковском секторе действительно наблюдается замедление кредитования, а доступность фондирования для кредитных организаций стала ниже. Вместе с тем это не дает оснований говорить о рисках потери ликвидности или о том, что банки могут столкнуться с невозможностью исполнять свои обязательства, поскольку предпосылок для такого сценария на данный момент нет. Более того, подобные изменения пока выглядят как корректировка рыночных условий, а не как признак системных проблем.

С этой оценкой согласен и руководитель группы рейтингов финансовых институтов АКРА Валерий Пивень. Он подчеркнул, что у банков не возникает трудностей с выполнением обязательств, а их ликвидная позиция остается устойчивой. При этом, по его мнению, пока сложно точно оценить, насколько сильно может увеличиться этот показатель и как быстро может развернуться текущая тенденция. Дополнительную неопределенность создает то, что динамика фондирования и кредитной активности зависит сразу от нескольких факторов, включая поведение рынка, спрос на заемные средства и общую макроэкономическую ситуацию. Поэтому делать окончательные выводы о будущих масштабах изменений преждевременно.

В последние годы банки нередко использовали привлекаемую ликвидность крайне активно, направляя ее на финансирование долгосрочных кредитов так, словно источники поступления средств — депозиты населения и остатки на счетах компаний — практически неисчерпаемы. При этом такая модель роста кредитования усиливала зависимость банков от стабильного притока новых пассивов и повышала чувствительность системы к изменению денежно-кредитных условий. Как отметил Беликов, более жесткая политика регулятора начала заметно влиять на рынок, когда в ход были пущены такие меры, как повышение ключевой ставки.

По его словам, именно это привело к тому, что значительные суммы оказались надолго «замороженными» в кредитных портфелях банков. В первую очередь речь идет о длинных ипотечных займах, выданных физическим лицам, а также об инвестиционных кредитах, предоставленных компаниям на длительные сроки. Такие средства не могут быстро вернуться в оборот, поэтому банки сталкиваются с ограничением ликвидности и более осторожно подходят к новым выдачам.

Таким образом, снижение темпов кредитной экспансии стало одним из заметных последствий ужесточения денежно-кредитной политики. Оно позволяет сдерживать перегрев рынка, но одновременно заставляет кредитные организации внимательнее управлять балансом, сроками пассивов и структурой активов.

На фоне изменений в денежно-кредитной политике и структуры спроса на рублевую ликвидность Центробанк пересмотрел свои ожидания по дефициту средств в банковской системе. Регулятор в мае повысил прогноз структурного дефицита ликвидности на 2026 год до 2,4–3,6 трлн рублей, тогда как ранее ожидал показатель на уровне 1,9–3 трлн рублей в 2025 году. Это означает, что потребность финансового сектора в дополнительной ликвидности может оказаться заметно выше, чем предполагалось прежде.

Основной причиной такого пересмотра стало усиление ожиданий по росту спроса на наличные деньги со стороны населения и бизнеса. По мере увеличения объемов наличного обращения часть средств выводится из банковской системы, что сокращает доступную ликвидность и повышает нагрузку на рынок межбанковского финансирования. В результате Центробанк был вынужден скорректировать прогноз по обращению наличных на 2026 год до 1,5–2,1 трлн рублей по сравнению с предыдущей оценкой в 0,8–1,3 трлн рублей.

Подобная динамика может отражать как изменения в поведении потребителей, так и более широкий фон экономической неопределенности, при котором спрос на наличные традиционно растет. Для банковской системы это означает необходимость заранее учитывать возможный отток ресурсов и более тщательно планировать управление ликвидностью. Таким образом, обновленный прогноз ЦБ указывает на то, что в ближайшие годы денежный рынок может столкнуться с более выраженным дефицитом свободных средств, чем ожидалось ранее.

Источник и фото - ria.ru