Загитова круче Гермионы: зачем на школу чемпионки потратили миллиард

Алина Загитова, кажется, действительно успевает все: уже с сентября она обещает приступить к работе тренером в собственной школе.

Олимпийская чемпионка давно вызывает интерес не только своими спортивными достижениями, но и тем, как стремительно она развивает новые проекты вне льда. РИА Новости рассказывает, от каких личных привычек и удобств, возможно, придется отказаться Загитовой ради юных спортсменов, и почему темп ее жизни кажется настолько высоким, что за ним едва ли успевают даже «Русская ракета» и герой культового популярного романа.

Но кем именно станет Загитова в этой истории — тренером, генеральным менеджером или, скорее, вдохновителем и лицом проекта? Этот вопрос остается одним из самых обсуждаемых, ведь вокруг будущей школы уже сформировался большой общественный интерес. Идея создания спортивной школы впервые была публично озвучена Загитовой в июне 2023 года во время разговора с главой Татарстана Рустамом Миннихановым. Спустя некоторое время проект перешел от обсуждений к практической реализации: в августе 2025 года был заключен контракт на строительство, а финансирование в размере 1,29 млрд рублей выделили из бюджета республики.

Ожидается, что новая школа станет не просто местом для тренировок, а полноценной площадкой для подготовки будущих чемпионов. В подобных проектах особенно важны не только современные залы и ледовые площадки, но и система наставничества, внимание к дисциплине, мотивации и психологическому комфорту детей. Поэтому интерес к школе Загитовой связан не только с ее именем, но и с тем, сможет ли она перенести собственный чемпионский опыт в практику работы с молодыми спортсменами.

Если проект действительно заработает в полном объеме, он может стать заметным событием в спортивной жизни региона. Для самой Загитовой это будет новый этап карьеры, где ей придется совмещать публичность, организационные задачи и непосредственное участие в развитии юных фигуристов. А для детей — возможность заниматься в школе, которую связывают с одной из самых ярких фигур в российском спорте.

Открытие школы по-прежнему намечено на 1 сентября 2026 года, и, судя по текущему ходу работ, этот график пока не нарушается. Строительство объекта, по последним данным, должны полностью завершить уже 30 августа, то есть за несколько дней до старта нового учебного сезона. Это означает, что уже сейчас можно переходить к следующему этапу — формированию команды специалистов и просмотру детей, которые в сентябре начнут заниматься на льду.

Важно, что подготовка к запуску идет не только в строительной части, но и по организационному направлению. Проект полностью находится под контролем Алины, которая выступает в роли генерального менеджера и берет на себя ключевые управленческие функции. Именно ей предстоит выстроить всю структуру будущей школы, чтобы после открытия она сразу начала работать в полном объеме.

Основная задача для Алины и ее команды сейчас — подобрать квалифицированных тренеров и сформировать сильный тренерский штаб. Параллельно будет вестись отбор юных спортсменов, которые станут первыми учениками новой школы и начнут учебный год в сентябре. Как отметил министр спорта Татарстана Владимир Леонов в комментарии РИА Новости, все сроки соблюдаются, объект будет сдан вовремя, а Алина самостоятельно займется управлением проектом, подбором специалистов и селекцией.

В случае с Загитовой складывается впечатление, что открытие школы для нее — это прежде всего имиджевый проект, а не только спортивная или образовательная инициатива. Подобные истории обычно работают на статус: они подчеркивают вес личности, ее узнаваемость и влияние в мире фигурного катания. Это уже не просто красивый жест, а способ закрепить за собой определенное место в спортивной иерархии.

Во-первых, сама идея собственной школы звучит очень престижно. Это выглядит как признак серьезного положения в профессии, почти как символ элитарности — нечто более весомое, чем дорогой аксессуар или статусный автомобиль. При этом важно понимать, что собственная школа есть далеко не у каждого даже очень титулованного специалиста: например, у заслуженного тренера Татьяны Тарасовой ее нет. У Этери Тутберидзе такая школа появилась лишь несколько лет назад, и это само по себе говорит о том, насколько редкой и значимой считается такая возможность.

Если смотреть шире, то подобный проект — это еще и огромный ресурс доверия со стороны системы. Когда школе дают имя известной спортсменки, это автоматически повышает ее узнаваемость и ценность в глазах публики. В таком случае имя становится брендом, а сама школа — частью личной легенды. Для молодой чемпионки это особенно заметно, потому что подобный статус в 24 года доступен далеко не каждому.

Получается, что Загитова сможет заходить в здание, построенное на выделенные под нее бюджетные деньги, и видеть на нем табличку со своим именем. Это уже не просто символический жест, а целая история о признании, престиже и особом положении в спортивной среде. При этом важно, что речь идет не только о внешнем эффекте: такие проекты формируют образ будущего, в котором бывшая чемпионка становится не только звездой льда, но и фигурой, связанной с развитием школы, воспитанием новых спортсменов и сохранением своего имени в истории.

На этом фоне особенно заметно, что далеко не всем выдающимся фигуристкам или чемпионкам доступны такие же возможности. Ни Анне Щербаковой, тоже олимпийской чемпионке, ни Александре Трусовой, которая изменила само представление о женском катании, подобное пока не светит. И это еще раз подчеркивает: в данном случае дело не только в спортивных заслугах, но и в особом статусе, который вокруг некоторых имен создается гораздо раньше и гораздо заметнее, чем вокруг других.

Переписанный текст:

Однако при этом ни одна из них не заявляет, что в будущем обязательно хочет связать свою жизнь именно с тренерской деятельностью. У каждой сейчас свой путь и свои приоритеты: Трусова сосредоточена на материнстве и одновременно пытается вернуться в спорт, а Щербакова уже пробует себя в новой для себя роли комментатора соревнований. Эти направления выглядят для них более естественными на данном этапе, чем работа с юными спортсменами.

Что касается Загитовой, то и она, судя по всему, не с юношеских лет мечтала о тренерстве или работе с детьми. Да, в прошлом она могла отвечать утвердительно на подобные вопросы, но такие ответы скорее выглядели как вежливые и дипломатичные формулировки, чем как проявление настоящего, глубоко личного желания. Это не означает, что она полностью исключала для себя подобный путь, однако и явного внутреннего стремления к нему тогда не прослеживалось.

В августе 2022 года, во время посещения Игр Дружбы, Загитова и вовсе призналась: «Пока у меня столько перемен в жизни, что не знаешь, чего ждать дальше». Эта фраза хорошо отражает ее состояние в тот период: вокруг происходило слишком много изменений, чтобы уверенно говорить о долгосрочных планах. Поэтому говорить о ее будущем в тренерской профессии можно лишь осторожно, ведь на данный момент она, похоже, открыта самым разным возможностям и не спешит закреплять за собой какую-то одну роль.

Переписанный текст:

Алина признавалась, что не раз задумывалась о том, чтобы в будущем попробовать себя в роли тренера. Ей всегда было интересно работать с детьми, передавать им опыт и помогать в развитии, однако на тот момент она не чувствовала, что готова выбрать именно этот путь. По ее словам, идея тренерской карьеры не исчезала совсем, просто она откладывала ее на потом, оставляя себе возможность вернуться к этой мысли позже. Сейчас же ей хотелось связать свою жизнь с телевидением и развиваться в этой сфере, попробовать себя в чем-то, что связано с медиа и публичной деятельностью.

Именно так и складывались ее дальнейшие шаги: действия Алины полностью соответствовали сказанному. Она несколько сезонов подряд работала ведущей проекта «Ледниковый период», уверенно чувствовала себя перед камерой и постепенно укрепляла свои позиции в телевизионной среде. Кроме того, она начала появляться во влогах Первого канала, где делилась эмоциями и впечатлениями от соревнований, а также брала комментарии у спортсменов сразу после их выступлений, задавая им острые и интересные вопросы.

Постепенно ее работа на телевидении стала получать все большее признание. Зрители высоко оценивали ее манеру общения, естественность и умение держаться в кадре, а это отражалось и в результатах голосований. За свою телевизионную деятельность Алина трижды становилась победительницей зрительского голосования «Комсомольской правды» в номинации «Лучшая ведущая», что еще раз подтвердило: она сумела успешно реализовать себя не только в спорте, но и в новой для себя профессии.

Это был скорее королевский подарок от самой дисциплинированной и многочисленной фанатской армии в истории, которая буквально захватила все площадки для голосования. Но как бы ни складывались обстоятельства, факт остается фактом: помимо радости от нового опыта, Алина получила еще и официальное подтверждение того, что в своей работе она действительно справляется на хорошем уровне, даже если не во всем и не всегда идеально.

Важно и то, что со временем ее взгляд на собственное будущее заметно изменился. Уже с 2023 года риторика Алины стала совсем другой: она начала говорить о себе не только как о спортсменке, но и как о человеке, готовом делиться знаниями и опытом. Она признается: «Вижу себя в роли тренера. Мне нравится передавать знания ребятам. Я бы, конечно, не стала сравнивать себя с Юлией Липницкой, которая после завершения карьеры полностью ушла в это, но прекрасно понимаю, что у меня есть достаточно богатый опыт, ведь я тренировалась в сильнейшей команде мира».

Такой подход выглядит вполне закономерным: человек, который прошел через серьезную спортивную школу, неизбежно начинает по-новому смотреть на свой путь и на то, чем может быть полезен другим. Опыт больших побед, напряженной конкуренции и ежедневной работы в топовой среде становится не просто частью биографии, а настоящим профессиональным капиталом. И именно поэтому ее слова о тренерстве звучат не как случайная мысль, а как вполне осознанный и зрелый план на будущее.

Хотелось бы поделиться этим с детьми, — сказала Загитова в интервью RT. Эта мысль звучит особенно искренне, потому что речь идет не просто о желании рассказать о чем-то интересном, а о стремлении передать эмоции, опыт и вдохновение младшему поколению. Подобные слова часто подчеркивают открытость человека и его готовность общаться с аудиторией разных возрастов.

В более широком смысле такой посыл говорит о важности связи между поколениями. Когда известные люди делятся своими впечатлениями с детьми, это помогает сделать тему ближе, понятнее и интереснее для юных слушателей. Кроме того, подобные высказывания нередко становятся началом новых проектов, встреч или творческих инициатив, ориентированных на детскую аудиторию.

Можно сказать, что подобное желание — это не только проявление теплого отношения к детям, но и способ вдохновить их на новые интересы и открытия. Именно поэтому фраза Загитовой воспринимается как доброжелательная и очень живая мысль, в которой чувствуется искреннее стремление быть полезной и понятной для маленьких зрителей.

Источник и фото - ria.ru