Почему Вяльбе и Губерниев не помирятся? Но их войне все-таки конец

Дмитрий Губерниев вновь заговорил о возможном примирении с Еленой Вяльбе, словно предлагая забыть все прежние конфликты и публичные взаимные упреки.

Насколько искренним является такой поворот и не превращается ли он в очередной информационный жест, разбирается РИА Новости.

В российском лыжном спорте действительно наступил заметный перелом: Елена Вяльбе, которая руководила этим направлением на протяжении шестнадцати лет, теперь занимает лишь пост заместителя нового главы — депутата Госдумы Дмитрия Свищева — в объединенной Федерации лыжных видов спорта и сноуборда России. Такая перестройка управленческой вертикали неизбежно меняет не только распределение полномочий, но и сам стиль публичного поведения федерации.

Свищев с самого начала сделал ставку на открытость и информационную активность новой структуры. Он не раз подчеркивал, что в работе федерации будут важны конкретные показатели эффективности, в том числе и по взаимодействию со средствами массовой информации. И это вполне объяснимо: опытный функционер понимает, что лыжные дисциплины и другие зимние виды спорта должны оставаться в поле зрения не только в олимпийский сезон, но и на протяжении всего четырехлетнего цикла.

На этом фоне интерес к фигуре Губерниева выглядит закономерным. Он давно стал одним из самых заметных медийных голосов российского спорта, умеющим превращать даже узкопрофильную тему в событие общенационального масштаба. Для федерации такой человек может стать важным инструментом привлечения внимания, усиления интереса аудитории и формирования более живой повестки вокруг лыжных гонок и сноуборда.

Однако вместе с возможными плюсами возникает и другой вопрос: насколько подобные заявления о примирении связаны с реальным желанием закрыть старые противоречия, а насколько — с расчетом на внимание публики. В спортивной среде нередко случается, что громкие жесты и примирительные слова используются как часть продуманной PR-стратегии, особенно когда речь идет о руководстве крупной федерации и ее публичном образе.

В итоге история вокруг Губерниева, Вяльбе и новой федерации выходит далеко за рамки личных отношений. Это уже не только разговор о конфликте или его завершении, но и о том, как современный спорт работает с аудиторией, новостной повесткой и репутацией. Именно поэтому за этой, на первый взгляд, частной темой стоит более широкий интерес — и со стороны болельщиков, и со стороны самих спортивных функционеров.

Однако затянувшийся конфликт между известным телеведущим и Еленой Вяльбе может поставить под угрозу все намеченные планы и заметно осложнить дальнейшие договоренности. При этом сам Дмитрий в беседе с «Матч ТВ» дал понять, что считает вопрос их примирения практически решенным. По его словам, ситуация вполне может перейти в новую фазу сотрудничества: «Сначала произошла встреча Дональда Трампа с председателем Си, а теперь после этого двойственного союза будет тройственный — Свищев, Вяльбе и Губерниев».

Дмитрий Александрович, в свою очередь, уже обозначил и ближайшие сроки возможного разговора. Он рассказал, что отдельно пообщался с каждым из участников и стороны пришли к соглашению встретиться сразу после конференции, пока все находятся в Москве, чтобы не затягивать процесс. По его словам, совместная встреча должна состояться 20 или 21 мая. Он подчеркнул, что не видит серьезных препятствий для достижения договоренности и рассчитывает, что после личного обсуждения удастся выстроить конструктивную совместную работу. Кроме того, подобный диалог может стать важным шагом к снижению напряженности и восстановлению нормального взаимодействия между сторонами.

Неудивительно, что для Губерниева фигура Вяльбе долгое время была почти идеальным инструментом для самопиара, а именно это, судя по всему, и оставалось его главной задачей. В спортивной среде такие конфликтные истории всегда привлекают внимание, поэтому он регулярно возвращался к теме, стараясь извлечь из нее максимум медийного шума. Лет девять назад трехкратная олимпийская чемпионка действительно не раз отвечала ему в интервью и даже вступала в открытые словесные перепалки. Однако затем Вяльбе предпочла не продолжать публичный конфликт и просто перестала реагировать.

Сам же Дмитрий с годами, похоже, только сильнее входил во вкус. Он начинал цепляться буквально за каждую неосторожно сказанную ею фразу, подхватывал и раздувал любой скандал, связанный с лыжными гонками, и делал это все более навязчиво. Постепенно его комментарии стали выходить за рамки обычной полемики и переросли в откровенно грубые выпады, хамство и оскорбления. При этом у него, разумеется, находились и защитники: одни ссылались на его популярность, другие — на статус одного из самых узнаваемых комментаторов страны. Но куда больше было тех, кто с недоумением и возмущением воспринимал подобные атаки в адрес не только выдающейся спортсменки, но и женщины, заслуживающей уважительного отношения. Подобные публичные конфликты, особенно когда они затрагивают личное достоинство, неизбежно вызывают широкий общественный отклик и оставляют после себя неприятный осадок.

В итоге эта история стала примером того, как спортивные разногласия могут превращаться в затяжной медийный скандал. И чем дольше подобная риторика повторяется, тем сильнее она уводит разговор от спорта к личным нападкам, что в конечном счете вредит всем участникам конфликта.

Проблема примеров для подрастающего поколения сегодня особенно заметна в российском спорте, и это вызывает все больше вопросов у болельщиков и специалистов. По словам четырехкратного олимпийского чемпиона по биатлону Александра Тихонова, именно на такие вещи стоит обращать внимание в первую очередь. Он напомнил, что Елена Вяльбе — 14-кратная чемпионка мира и действующий президент федерации, однако, несмотря на ее заслуги, в ее адрес регулярно звучат резкие и порой необоснованные выпады со стороны Дмитрия Губерниева. «Вот где беда», — подчеркнул Тихонов, говоря о том, что подобная публичная риторика может формировать у молодежи искаженное представление о нормах поведения в спорте и жизни.

Сама Вяльбе не раз рассказывала, что в молодости была слишком доверчивой и открытой, из-за чего нередко сталкивалась с разочарованиями и неприятными ситуациями. Со временем она научилась гораздо строже относиться к своему окружению и стала тщательно фильтровать людей, с которыми общается. «Слава тебе господи, эта шелуха постепенно сама по себе тоже отпадает, остаются только люди преданные, в которых веришь», — говорила она, объясняя, как менялось ее отношение к людям и к собственной жизни. Этот опыт, по ее словам, помог ей лучше понимать, кому можно доверять, а кому — нет.

При этом Вяльбе не раз признавалась, что не относится к злопамятным людям, хотя это качество имеет свои пределы. Когда речь заходит о публичных нападках и затяжных конфликтах, доверие восстанавливается крайне трудно. Поэтому вопрос о том, может ли она верить Губерниеву, выглядит почти риторическим. В сложившейся ситуации ответ, по сути, очевиден: слишком многое уже сказано и сделано, чтобы рассчитывать на простое примирение. И именно такие истории еще раз показывают, насколько важно в спорте не только добиваться побед, но и сохранять уважение, достоинство и ответственность перед аудиторией, особенно перед молодыми людьми.

Похоже, что несколько лет назад между Вяльбе и Дмитрием произошла та самая точка невозврата, после которой любые попытки восстановить прежние отношения стали практически бессмысленными. С этого момента его имя, по всей видимости, перестало для нее что-либо значить, а конфликт окончательно перешел в стадию, когда один продолжает говорить, а другой уже не считает нужным отвечать. Именно такую ситуацию, по словам Александра Панжинского, можно описать фразой: «собака лает, караван идет».

Если рассуждать о возможном примирении всерьез, то выглядит оно маловероятным. Для того чтобы отношения действительно изменились, потребовались бы не просто публичные слова, а очень серьезные поступки, искреннее признание ошибок и, возможно, длительное время, которое смогло бы хотя бы частично снять накопившееся напряжение. Однако в подобных историях эмоциональный след нередко оказывается слишком глубоким, чтобы его можно было быстро стереть.

Кроме того, возникает вопрос, нужна ли им вообще совместная работа в новой федерации. Вполне вероятно, что реальное, а не формальное трудоустройство в таком формате не представляет интереса и для самого Губерниева. Совместная деятельность людей, между которыми давно сложилось устойчивое недоверие, обычно приносит больше трудностей, чем пользы. Формально это могло бы выглядеть как шаг к объединению, но на практике подобное решение требует не только политической воли, но и личной готовности к компромиссам, которой, судя по всему, пока нет.

В итоге ситуация выглядит так, будто стороны давно существуют в параллельных реальностях. Один продолжает оставаться заметной фигурой в публичном пространстве, а для другой его будто бы уже нет. И пока не появятся действительно веские основания для перемен, это противостояние, скорее всего, останется в прежнем состоянии.

Во-вторых, подобное союзничество, похоже, не представляет особого интереса самой Вяльбе, даже если бы между ними не было никакого конфликта. Для нее гораздо важнее сохранять самостоятельность в принятии решений и отстаивать свою позицию, чем быть частью формального альянса. А вот как в этой ситуации будет действовать Свищев, остается открытым вопросом.

Возможно, именно поэтому в недавнем интервью РИА Новости Вяльбе подчеркнула: «Дмитрий Александрович прекрасно знает мой характер. Если что-то нужно будет отстаивать, мне все равно, что он — начальник, глотку буду драть». Эти слова хорошо показывают, что она не склонна идти на компромиссы, если речь заходит о принципиальных для нее вещах.

Такая позиция вполне объяснима: в отношениях между сильными публичными фигурами союз может быть полезен лишь тогда, когда он основан на взаимном уважении и совпадении интересов. Если же этого нет, то любые попытки договориться становятся гораздо сложнее, а конфликтные моменты только усиливаются.

Источник и фото - ria.ru