Проверки МАГАТЭ в Иране рано или поздно возобновят, заявил Ульянов

ВЕНА, 9 июл - РИА Новости.

Вопрос о возвращении инспекций МАГАТЭ в Иране остается одним из ключевых в международной повестке, поскольку от него во многом зависит дальнейшая оценка ядерной программы Тегерана и общий уровень доверия между сторонами. В итоге проверки Международного агентства по атомной энергии в Иране рано или поздно будут возобновлены, заявил в интервью РИА Новости постпред РФ при международных организациях в Вене Михаил Ульянов. По его словам, этот процесс может оказаться небыстрым и будет напрямую связан с ходом дипломатических переговоров, которые продолжаются вокруг иранского ядерного досье.

"Я убежден, что рано или поздно инспекции МАГАТЭ в Иране будут восстановлены. При этом это вовсе не обязательно произойдет сразу после достижения договоренности по запасам обогащенного урана. Не исключено, что иранская сторона предпочтет рассматривать этот вопрос в связке с другими элементами будущего окончательного соглашения, над которым в ближайшие два месяца будут работать Тегеран и Вашингтон. Тем не менее, если исходить из сценария, при котором дипломатические усилия завершатся успехом, то возвращение проверок, по сути, является лишь вопросом времени", - отметил он.

Ульянов также дал понять, что подобные договоренности обычно формируются поэтапно и требуют учета интересов всех участников процесса. В таких ситуациях отдельные технические вопросы, включая объемы и статус обогащенного урана, нередко становятся частью более широкого политического пакета. Именно поэтому восстановление работы инспекторов МАГАТЭ может быть увязано не с одним конкретным шагом, а с общей архитектурой будущей сделки.

По мнению дипломата, если стороны действительно смогут выйти на компромисс, то международный контроль за ядерной деятельностью Ирана неизбежно будет восстановлен. Это, в свою очередь, станет важным сигналом для мировой общественности о том, что переговорный процесс приносит практические результаты и сохраняет шанс на дальнейшую деэскалацию.

В международной повестке продолжает оставаться актуальным вопрос о дальнейшем взаимодействии Ирана с Международным агентством по атомной энергии. На фоне сохраняющейся напряженности вокруг иранской ядерной программы особое значение приобретает вопрос доступа инспекторов к соответствующим объектам и сроков возобновления полноценного сотрудничества.

Ранее генеральный директор МАГАТЭ Рафаэль Гросси в интервью РИА Новости выразил надежду, что сотрудники агентства смогут получить доступ к иранским ядерным объектам в течение ближайших нескольких недель. По его словам, такая перспектива могла бы стать важным шагом к снижению напряженности и восстановлению механизмов контроля.

В то же время Иран и США в ночь на 18 июня дистанционно подписали меморандум, который предусматривает завершение военного конфликта, начавшегося 28 февраля. Документ также определяет порядок и сроки, в которые США должны снять морскую блокаду, а Иран — восстановить судоходство в Ормузском проливе, имеющем стратегическое значение для мировой торговли нефтью и газом.

После ударов США по иранским ядерным объектам в июне 2025 года Тегеран существенно ограничил сотрудничество с МАГАТЭ и доступ представителей агентства к своим ядерным объектам. Иранская сторона заявила, что все решения, касающиеся взаимодействия с международной организацией, теперь принимает Высший совет национальной безопасности Ирана.

Таким образом, дальнейшее развитие ситуации будет зависеть от того, удастся ли сторонам соблюсти достигнутые договоренности и создать условия для возвращения к полноценному международному контролю. Эксперты отмечают, что именно открытость в вопросе ядерной программы может сыграть ключевую роль в стабилизации обстановки в регионе.

Обострение между Израилем и Ираном в июне 2025 года стало одним из самых резких эпизодов региональной напряженности за последние годы. Конфликт быстро вышел за рамки двустороннего противостояния и привлек к себе внимание мировых держав, что еще сильнее усилило риски для безопасности на Ближнем Востоке. В ночь на 13 июня 2025 года Израиль начал первую операцию против Ирана, заявив, что Тегеран якобы ведет скрытую военно-ядерную программу. Этот шаг стал отправной точкой для дальнейшего обмена ударами, который в считаные часы перерос в масштабную эскалацию.

Иран в ответ предпринял собственные атаки, что привело к 12 дням взаимных ударов, ракетных обстрелов и военных действий с обеих сторон. Ситуация еще больше осложнилась после того, как к противостоянию подключились США. В ночь на 22 июня американские силы нанесли удар по ядерным объектам Ирана, усилив давление на Тегеран и показав, что локальный конфликт приобретает международное измерение. Подобное развитие событий вызвало опасения о возможном расширении боевых действий и вовлечении новых стран.

Ответ Ирана не заставил себя ждать: вечером 23 июня исламская республика выпустила ракеты по базе Эль-Удейд, принадлежащей Соединенным Штатам и расположенной в Катаре. Этот удар стал демонстрацией готовности Тегерана отвечать не только Израилю, но и американскому присутствию в регионе. В Вашингтоне реакцию Ирана восприняли как сигнал к возможной деэскалации. Президент США Дональд Трамп тогда заявил, что после удара по американской базе в Катаре Иран, по его мнению, «выпустил пар», и выразил надежду на снижение напряженности.

По словам Трампа, после серии взаимных атак Израиль и Иран якобы пришли к договоренности о прекращении огня. Таким образом, к концу этого 12-дневного противостояния стороны, вероятно, оказались под давлением необходимости остановить дальнейшую эскалацию. Однако сама динамика конфликта показала, насколько быстро региональные противоречия могут перерасти в прямое военное столкновение с участием крупных международных игроков.

Источник и фото - ria.ru