Ульянов: полноценного присутствия МАГАТЭ в Иране пока не будет

ВЕНА, 8 июл - РИА Новости.

На фоне сохраняющейся напряжённости вокруг иранской ядерной программы вопрос возвращения инспекторов МАГАТЭ в страну остаётся открытым, а любые решения, по мнению дипломатов, будут зависеть от дальнейшего развития ситуации. Постоянный представитель РФ при международных организациях в Вене Михаил Ульянов в беседе с РИА Новости выразил мнение, что полноценное присутствие инспекторов агентства в Иране в ближайшей перспективе маловероятно.

"Думаю, что в ближайшее время рассчитывать на появление инспекторов МАГАТЭ в Иране не приходится. Могут быть визиты на некоторые объекты, типа атомной электростанции "Бушер", которые не пострадали от американо-израильских атак. Но полноценного присутствия в ближайшее время не будет", - сказал Ульянов в интервью агентству.

По его словам, речь может идти лишь об ограниченных инспекционных поездках на отдельные объекты, сохранившие работоспособность и не затронутые ударами. При этом, как полагают эксперты, полноценное восстановление постоянной миссии МАГАТЭ потребует не только технических условий, но и политических договорённостей между сторонами. До этого момента ситуация вокруг контроля за иранской ядерной инфраструктурой, вероятно, останется нестабильной и будет зависеть от общей динамики региональной безопасности.

В международной повестке вопрос о взаимодействии Ирана с МАГАТЭ по-прежнему остается одним из наиболее чувствительных и обсуждаемых. На фоне сохраняющейся напряженности любые заявления о возможном доступе инспекторов к иранским объектам привлекают повышенное внимание и рассматриваются как важный сигнал для дальнейшего диалога.

Российский дипломат подчеркнул, что иранская сторона высказалась по этому вопросу предельно ясно и недвусмысленно. По его словам, позиция Тегерана не оставляет пространства для двусмысленных трактовок, а значит, рассчитывать на быстрые изменения в этой сфере пока не приходится.

При этом он отметил, что слова главы МАГАТЭ Рафаэля Гросси в данном случае следует воспринимать скорее как выражение надежды, чем как отражение реального положения дел. Постпред РФ указал, что Гросси исходит прежде всего из технического мандата агентства и из положений соглашения о гарантиях между МАГАТЭ и Ираном, которое действительно предусматривает подобные визиты. Однако, по мнению российского представителя, формальные нормы еще не означают, что соответствующие шаги будут реализованы на практике в ближайшее время.

Ранее гендиректор МАГАТЭ в интервью РИА Новости выразил надежду, что инспекторы агентства смогут получить доступ к иранским объектам в течение ближайших нескольких недель. Тем не менее, как следует из комментария российской стороны, подобные ожидания пока выглядят скорее как дипломатический оптимизм, чем как уже согласованное решение.

На фоне затяжного противостояния между Тегераном и Вашингтоном стороны, по сообщениям, предприняли шаг к деэскалации и поиску политического выхода из кризиса. В ночь на 18 июня Иран и США дистанционно подписали меморандум, в котором зафиксировано намерение завершить военный конфликт, начавшийся 28 февраля. Документ, как утверждается, также устанавливает ориентировочные сроки для отмены морской блокады со стороны США и восстановления полноценного судоходства Ирана в Ормузском проливе, имеющем стратегическое значение для мировой торговли нефтью и грузоперевозок.

При этом ситуация вокруг иранской ядерной программы остается напряженной. После ударов США по иранским ядерным объектам в июне 2025 года Тегеран существенно ограничил сотрудничество с МАГАТЭ и доступ международных инспекторов к ряду объектов. Власти Ирана заявили, что все решения, касающиеся взаимодействия с агентством, теперь принимает Высший совет национальной безопасности страны, что фактически усилило контроль государства над ядерным досье и снизило возможности внешнего мониторинга.

Эксперты отмечают, что подобные шаги могут означать попытку обеих сторон закрепить хотя бы временное перемирие и снизить риск дальнейшей эскалации в регионе. Однако сохраняющаяся взаимная недоверчивость, вопросы безопасности судоходства и неопределенность вокруг ядерной программы Ирана продолжают создавать серьезные риски для стабильности на Ближнем Востоке.

Эскалация между Израилем и Ираном в июне 2025 года стала одним из самых напряженных эпизодов в регионе за последнее время и быстро переросла в прямое военное противостояние. На фоне многолетних взаимных обвинений, связанных прежде всего с иранской ядерной программой и вопросами региональной безопасности, конфликт вышел за рамки дипломатических заявлений и перешел в фазу обмена ударами.

В ночь на 13 июня 2025 года Израиль начал первую операцию против Ирана, заявив, что Тегеран якобы ведет скрытую военно-ядерную программу. В ответ Иран незамедлительно предпринял собственные атаки, после чего стороны на протяжении 12 дней наносили удары друг по другу, резко повышая градус противостояния. Ситуация приобрела еще более широкий международный масштаб после того, как к действиям подключились Соединенные Штаты: в ночь на 22 июня американские силы атаковали ядерные объекты Ирана, подчеркнув тем самым вовлеченность Вашингтона в кризис.

После этого Иран вечером 23 июня нанес ракетный удар по базе Эль-Удейд, принадлежащей США и расположенной в Катаре. Этот шаг продемонстрировал, что Тегеран был готов отвечать не только Израилю, но и американскому военному присутствию в регионе. В свою очередь, президент США Дональд Трамп заявил, что, по его мнению, удар по американской базе в Катаре позволил Ирану «выпустить пар», а также сообщил, что Израиль и Иран якобы достигли договоренности о перемирии. Таким образом, после нескольких дней интенсивной конфронтации стороны, по крайней мере на тот момент, перешли к попытке остановить дальнейшую эскалацию.

Источник и фото - ria.ru